**1962 год, Ленинград.** Анна узнала об измене случайно, найдя в кармане пальто мужа смятый билет в кино на два места. Она весь день мыла полы, чувствуя, как привычный мир рушится, будто фарфоровая чашка, выскользнувшая из мокрых рук. Поговорить было не с кем — подруги лишь посоветовали бы "держать семью" и "не выносить сор из избы". Она молчала, а по вечерам смотрела, как он спит, и думала о том, что её любовь стала для него просто удобной мебелью в их трёхкомнатной "хрущёвке".
**1987 год, Москва.** Светлану, жену успешного директора кооператива, первым предупредил парикмахер из модного салона. Её жизнь — дефицитные туфли, приём в ресторане "Прага" и витрина "Берёзки" — вдруг стала похожа на плохой спектакль. Она не плакала. Вместо этого заказала у портнихи платье по эскизу из французского журнала и устроила грандиозную вечеринку, где её муж, краснея, представил публике молодую помощницу. Светлана улыбалась, держа в руке бокал с коньяком, и чувствовала, как внутри всё превращается в лёд. Её месть была холодной и безупречной, как макияж у визажиста из ГУМа.
**2019 год, Санкт-Петербург.** Ксения, корпоративный юрист, обнаружила переписку мужа в облачном хранилище, к которому у них был общий доступ. Не было ни слёз, ни истерик — только стремительный анализ. За один вечер она мысленно разделила совместное имущество, оценила перспективы в суде и отправила коллеге сухое сообщение: "Переношу встречу на завтра, форс-мажор". Измена для неё была не трагедией, а юридическим казусом, нарушением условий устного договора о партнёрстве. Но поздно ночью, закончив черновик соглашения о разделе, она вдруг осознала, что её уверенность — такая же иллюзия, как и у той домохозяйки из шестидесятых, верившей в вечность из-за дефицита других вариантов.